Лагерь

     

Пионерский лагерь на Кундузде в Мугоджарах

  На снимке бывший совхозный пионерский лагерь, расположенный в отрогах Уральских гор (Мугоджарах). 

Практически все капитальные строения, казахская юрта, карусель-«гигантские шаги» (столб с 3-мя канатами), флагшток и качели видны на фото. 

Место вокруг довольно живописное. В глубокой долине, заросшей талой и ежевикой, между гор протекает речка с каменистым дном. Гора справа к реке прерывается отвесной каменной сорокаметровой стеной.

Я был в этом лагере всего одну смену в 1956 году, после окончания 5-го класса. «Палатой люкс» для ребят служила круглая юрта из кошмы и каркаса из палок с крышей шатром. В ней находилось человек 15-20. Днем в ней прохладно, а ночью тепло. Спали по радиусам из мальчишеских тел: головами к круглой стенке, ногами к центру древнего жилья кочевников, прямо на земле, устланной тоже кошмой. Девочки жили в комнатах длинного белого барака, у них были кровати.

Часто для укрепления иммунитета нас поили хмельным кумысом из лошадиного молока. Некоторые мальчишки напивались до тошноты. Девчонки этот напиток игнорировали, предлагая его страждущим приключений, пацанам.

Вечерами, перед отбоем пели на конкурс патриотические песни у флага. Причем, и на казахском языке. Чаще эти песни восхваляли партию и героев партизан. Припев одной из них до сих пор помню: - «Патия, кайда болса! Партия, кайда болса! Женес сонда, жене сонда, женес сонда-а-а-а!». Даже пели русско-казахские песни с такими словами: « Еду, еду кашыктан. Мен водовоз ассыккан. Молдер су бар достарей. Кому надо поскорей!…». (перевод, думаю, не нужен). Самой популярной песней была: « Мы пионеры, дети рабочих… Клич пионеров: - «Втегда будь готов!» Орали мы во все глотки. Где теперь эта партия КПСС!?...и ее главный повсеместный транспарант «Слава КПСС! «Призом за усердие отряду служила похвала начальника лагеря по окончании вечерней линейки. Распределялись места. Отряд гордился, если оказывался в призовой тройке.
Любимое запретное занятие ребят - убегать к скале и устраивать там лавины из разрушавшихся, падающих камней, что было строго наказуемо. Умывались по утрам в речке, очень чистой, но мелкой. Пару раз совершали коллективные походы по горам. До сих пор вспоминается запах горькой полыни и мха на раскаленных солнцем горных камнях. Вдоль речки росла ароматная дикая ежевика.

Бабушка Фрося Пазюк нам готовила довольно простую, скудную еду. Кроме того, она была «третейским судьей» в мальчишеских драках. Порой брала хворостину из чилиги и утихомиривала кипевшие страсти. Чаще доставалось мне и Аманаю Дошанову. В лагере царила довольно строгая дисциплина, насаждаемая в то время строгим начальником Иваном Осадчим. И мне однажды досталось от него за то, что я якобы напугал девчонок при утреннем умывании на речке, спрятавшись в кустах и хрюкнув по кабанячи. Никто, конечно, при этом не испугался. Все девчонки догадались, что это я, но все же «стуканули». Тогда ябедничать было почетно. Я чудом не оказался выдворенным из лагеря.

Пару раз к нам приезжали знаменитые казахские артисты и акыны. Даже сама народная артистка, казахская звезда - соловей Айгюль пела под домбру на импровизированной сцене у юрты…. И сейчас хочется услышать ее завораживающий голос! Поскольку в лагере не было библиотеки и кино нам не завозили, то романы и повести нам пересказывали пионервожатые. Их назначали из старшеклассниц или выпускниц школы им Ломоносова. К сожалению, их имен я не помню. Часто нам устраивали пешие прогулки на плесы реки Кундузды для купания, поскольку ни душа, ни бани не было. По пути к этим плесам (глубоким местам) вокруг вожатой всегда собиралась стайка девчонок и умоляла рассказать им какую-нибудь историю, или роман. Помнится, самым популярными романами в то время были "Овод", "Спартак" и «Как закалялась сталь». Все эти книги и пересказывала по памяти сопровождающая. Каждого тогдашнего бестселлера хватало на 2-3 похода на водные процедуры. Конечно, девчонок больше интересовал любовный сюжет этих романов, а нас, пацанов - сражения и дуэли. Не трудно догадаться, мальчишек вокруг рассказчицы были единицы, т.к. упор в изложении фабулы романа делался на амурные похождения героев. Парни же запасались по дороге камнями и оттачивали свои мужские навыки, метая первобытные снаряды, в придорожных сусликов и змей… Путь обратно сопровождался пересказом очередной главы романа. До сих пор удивляюсь, как ученица-пионервожатая нашей школы могла так долго удерживать внимание стольких сорванцов, пересказывая попутно целый фолиант по памяти! Может, кто вспомнит эту одаренную пионервожатую?

После такого короткого 2-х недельного отдыха и возвращения в Родники нас ждали родители, чтобы помочь им: в заготовке на зиму сена для скотины, окучить и полить огород с картошкой, участвовать в изготовлении кизяков (топлива для печки из коровьего навоза), или саманов для строительства дома. До самой школы редко удавалось порыбачить на речке Эмбе, или погонять мяч на поляне у села. С 8-го по 10-й класс летом работали от зари до зари прицепщиками на сенокосе, зарабатывая себе и младшим на одежонку и обувку к школе. Первый и последний в своей жизни детский организованный отдых в Мугоджарах не забывается, даже по истечении стольких лет!

Автор: Терехов Николай.

UPD
Евгений Веймер:
Этот Пионерлагерь находился в истоках реки Кундузда, примерно в двадцати км от Родников. Примерно в трёх км на берегу Кундузды тогда находился посёлок Геологов. Нас иногда водили туда купаться. Вот пожалуй и всё что у меня осталось в памяти о нашем Пионерлагере.

Терехов Николай:
Евгений! В этом воспоминании не хватает описания важного события, дополняю его:
"По окончании смены жгли прощальный пионерский костер из хвороста, собранного в
долине речки. Искры от костра свободно улетали в ночное небо. Мы, задрав головы,
наблюдали, как светящиеся огоньки постепенно угасали, пытаясь устремиться как
можно выше, мечтая занять место в тесноте звезд и планет Млечного Пути - нашей
родной Галактики. Мы же, с нетерпением желали
свободы и скорой встречи с родными и друзьями."

Терехов Николай:
Еще одно уточнение к рассказу "Лагерь".... От участника обсуждения Александра Пазюк получен отклик. Упомянутую в рассказе "одаренную пионервожатую" звали Полина Антоновна Шевченко (фам. мужа Ивана). Спасибо, Александр, что помнишь эту неординарную девушку, даже по прошествии стольких лет!